Наши Сервисы: RSS Подписка

Пример отца - наука для сына и для внука

    В квартире Виктора Трошина на видном месте висят две фотографии. На одной - его дядя Яков. На другой - отец Григорий Кузьмич. Оба воевали в Великую Отечественную. Дядя погиб в 1943-м. Отец остался жив.

    Он перенес ампутацию ноги, долго находился в госпитале, но все равно обманул смерть! Приехав домой, устроился осмотрщиком вагонов на железную дорогу. Вернулся в мирную жизнь.

    Виктор говорит, что батя практически ничего не рассказывал про войну. А ведь мальчишке было так интересно! Но Григорий Кузьмич на воспоминания был скуп. Только когда допечет его сын просьбами, буркнет, бывало: «Я там многих друзей потерял». И все. Опять молчок.

    - Позже я понял отца, - задумчиво произносит Виктор Григорьевич. - Но это пришло, когда стал взрослым и сам пережил войну. Год служил в Афганистане. Был руководителем полетов. Принимал борта с ранеными и грузом 200. Про это даже наедине с собой не хочется вспоминать. А тем более - кому-то рассказывать.

    Спрашиваю своего собеседника, как он в свое время стал курсантом СВВАУЛ. Что привело его в училище? Романтика? Наставления отца-фронтовика?

    - Ни то ни другое, - улыбается Трошин. - Я мечтал учиться в институте физкультуры. Очень любил спорт. Занимался штангой, легкой атлетикой, борьбой. Я и сейчас в свои 68 не обхожусь без ежедневной зарядки. И регулярно хожу пешком по 6-10 километров. А в летчики пошел... Ну потому, наверное, что так сложились обстоятельства. Видимо, судьба!

    Он постоянно проводит параллели с отцом. Когда Григорий Кузьмич ушел воевать, у него были дом, жена, двое детей. Авторитет на работе. Когда вернулся с фронта - на груди звенели награды.

    - Я в этом возрасте тоже чего-то добился. Командовал эскадрильей. Награжден орденом «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» III степени, медалью «За боевые заслуги». И в личной жизни все получилось: хорошая супруга, сын, дочь... - говорит Виктор Григорьевич.

    Вспоминает: отец был очень терпеливым человеком. Придет с работы, отстегнет протез, а на культе - раны. Болели они у него сильно. Но батя никогда не жаловался. Ни на свои недомогания, ни на какие-то другие проблемы. Уже в преклонном возрасте попал в больницу. Знал, что жить осталось немного. Но, когда Виктор пришел его навестить, не сказал сыну об этом ни слова. Обнял его, поцеловал...

    - Я тогда приехал на несколько дней в отпуск. Побыл дома - и опять в Афган. А вскоре жена позвонила и сообщила, что папы больше нет. А я уже не мог еще раз вырваться в Союз. Так и не проводил батю, - вздыхает Трошин.

    Он бывает на могиле отца три раза в год. Это обязательно. Но, случается, приходит на кладбище и во внеурочное время - когда просит душа.

    - Сижу, разговариваю с ним. Говорю, что мне его не хватает. Утешает вот что: у нас ведь образовалась династия военных. Мой сын и зять - летчики, а внук будет им через три года. Они хорошие люди, настоящие мужчины. Думаю, папа рад за нас, - заключает Виктор Григорьевич.

    Ирина ПРАВДИНА

Добавить комментарий

    
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Введите два слова, показанных на изображении: